Самый обычный год — интервью с президентом

17.10.2016 / Оформляем интерьер / Теги: ,

Перед приходом нового года принято подводить итоги года уходящего. С аналогичной просьбой мы обратились к президенту нашего института, профессору ГУ ВША александру юльевичу чепуренко.

президент

— александр юльевич, заканчивается 2011 год. Каковы ваши впечатления от минувшего года? Что он дал нашей экономике, российскому бизнесу?

— говоря со всей строгостью, этот год окончится у нас только после марта месяца. И для экономики, и для бизнеса.

Ясно, что больших изменений в заявленных целях и миссиях в области экономной политики не произойти. Но российский бизнес виртуозно знает, что его реальные возможности и трудности связаны не с заявленными курсами, а с тем, как составлена и растасована между президентской и правительственной вертикалью колода администраторов, принимающих решения. За счёт этого я считаю, что говоря по существу тогда, когда это произойти, 2011 год окончится для российского бизнеса.

В общем, как мне представляется, год был достаточно простым и ничем из ряда вон выходящим не выделялся.

По целому ряду основных тенденций, например, которые связаны с налоговой реформой, с управлением процессом вхождения в ВТО, никаких новых решений, еще и давно напрашивающихся, пока не принято. За счёт этого налоговый режим, экономическая политика в общем остаются все теми же. На уровне объявлений они направлены на поддержку реставрации и модернизационного потенциала, по натуральному же те меры, которые предпринимаются, я так считаю, либо перпендикулярны заявляемым целям, либо планированы таким образом, что их ресурсная обеспеченность, либо система управления не позволяют рассчитывать на большой результат.

— но мы ведь вступили в итоге в ВТО, и если в ближайщем будущем не начнем делать какие-то шаги, которые необходимо было сделать уже давно, нашу экономику просто съедят партнеры по этой организации. Они сожрут вполне определенную часть нашей индустрии, потом начнется катастрофа: никаких нефтяных и газовых денег не хватит, чтобы хоть как-нибудь прокормить появившуюся армию неработающих.

— полностью правильно: мы вступили в ВТО. Но, не смотря на то, что процесс занял 18 лет, большие кластеры народного хозяйства (насколько я могу судить, во всяком случае, по публичной споры) пока что не просто дезориентированы. Они абсолютно не знают, какие меры будут реализовываться российским правительством дабы обеспечивать переходной зазор и выполнить условия, которые разрешат самим фирмам быстрее приспособиться в изменившейся ситуации.

— уж за 18 лет можно было ко всему приготовиться.

— понимаете, когда у нас изменения происходят мгновенно, все бывает плохо, так как они оказываются не снабжены инструментальными решениями. А, как находится на примере вступления в ВТО, хотя процесс шел давно, хотя все основные опасности и все основные возможности давно были рассчитаны, обязывающих решений, под которые в бюджете закреплены определенные ресурсы, под которые проведены беседы с основными группами интересов, даны объяснения, что и почему будет или не случится…

— не было ничего аналогичного.

— полностью правильно: этих действий мы не увидели.

— но сейчас мы не только вступили в ВТО, мы еще вступаем и в следущую волну кризиса.

— ну, это ситуация, напоминает консилиум докторов, описанный в «приключениях буратино»: один доктор уверенны в том, что больной скорее жив, другой — что скорее мертв. Когда сравниваешь данные институтов, занимающиеся конъюнктурными опросами, данные статистики, то однозначной картины нет.

Некоторые сектора российской экономики продолжают достаточно смело развиваться, тогда как в других где нибудь с лета этого года наметился конкретный регресс.

— но не может же рушиться все сразу.

— в реальности, поскольку есть высокая степень неопределенности развития мировой экономики: не ясно еще, как поведут себя основные игроки — КНР, соединенные штаты и ЕС , могут быть самые разные варианты. Наша же экономика в значительной степени обуславливается от того, что в данных «центрах силы» делается. Так что я пока не стал бы точно говорить о том, что мы вступаем в новый виток кризиса.

  Первоклассная мотивация: 5 головокружительных примеров обустройства гаража своей мечты

Я так считаю, полностью ясно одно: еще одного аналогичного десятилетия с аналогичным бурным темпом роста, каким были годы с 1999-го по 2008-й, в обозримом будущем не будет. А еще, если основным «центрам силы» выйдет свою экономическую политику выстроить так, чтобы либо сделать слабее кризисное падение, либо его оттянуть, интерес на нашу главную продукцию — нефть и газ, видимо, так бурно расти, как в это весёлое десятилетие мировой экономики, уже не будет.

С другой стороны, пока мы видим лишь дежурные камлания по поводу инноваций, которые должны прийти и просыпаться благотворным дождем на иссохшуюся почву российской экономики. Слышим споры о том, должны ли передовые методики развиваться в комплекте с процессом реставрации, или они обязаны это делать как-то поэтапно: вначале оновление, после новшества. Кроме этого пока ничего не видно и не слышно.

В это же время малого инновационного бизнеса в РФ фактически что нет. И ясно, почему это так: большой бизнес не предъявляет интерес на передовые методики. Большой бизнес у нас пытаются в ручном режиме сооружать, ему угрожают пальцем и понуждают к инновациям. Насколько это выходит, мы с вами видим.

Так что пока я не вижу факторов изменения структурного развития российской экономики, говорящих про то, что мы двигаемся в нужном направлении.

— александр юльевич, а что можно было сделать, чтобы отвязаться от «центров силы»?

— видите ли, в РФ потенциально достаточно емкий внутренний рынок, и если бы политика была направлена на быстрое увеличение внутреннего спроса, то мы могли бы насколько известно отвязаться от мирового хозяйственного развития, как это было вот уже несколько лет в китае.

— или как у нас во времена советского союза?

— нет. Во времена советского союза был совсем не тот вариант, о котором говорится. Именно так, как было на протяжении многих лет в китае (я думаю середину — конец 90-х годов, когда в юго-восточной азии происходил кризис, и другими словами «драконы» теряли свои позиции), когда китайская экономика смело росла, поскольку, во-первых, сделала ставку на рост обыкновенных товаров и услуг, интерес на которые есть всегда. А, второе, довольно много средств вкладывалось в развитие внутренней инфраструктуры. Это а именно было строительство новых крупных населенных пунктов и так дальше, и так дальше. Аналогичная тактика позволила китаю развиваться достаточно стабильно, быстро и не испытывать особенного беспокойства, смотря на то, что делается у соседей.

А в РФ пока ничего подобного не делается. За счёт этого, если большая экономика 1 раз чихнет, мы начинаем долго и натужно кашлять.

— но сейчас владимир владимирович путин обещает бизнесу золотые горы. Как вам кажется, это будет, хоть в каком-то формате выполнено?

— я так считаю, в той модели развития бизнеса, которая сложилась в РФ за последние 20 лет, чем больше государство будет обещать и направлять (через госзакупки, через госзаказ), тем будет побольше укрепляться сложившийся рентоориентированный вид развития бизнеса. Проще говоря тот вид, основа которого — распилы и откаты.

— к несчастью, с данным не представляется возможным не согласиться.

— за счёт этого мы прекрасно понимаем, что делается при сложившейся системе государственного и корпоративного заинтересованности. Мы видим, как отстроившаяся корпорация государственного чиновничества полностью знает толк, что госзаказ и другие подобные механизмы взбадривания бизнеса являются как правило источником добавочных доходов как для ее участников, также и для некоторой части аффилированного с ними бизнеса. А, это значит, все попытки перевести эту систему в какое-то иное русло через систему госзаказа (будет это оборонный заказ или какой-то иной) это — топить печь ассигнациями. Ресурсы будут исчезать, а результат…

  Красочная квартира-студия с ярким жизнерадостным интерьером

— результата, как в большинстве случаев, не будет?

— смотря какой результат мы ожидали изначально. Будут расти те бизнесы, которые явным образом направлены на сравнительно быстрое освоение государственных заказов. Для усреднённого и малого бизнеса в этой системе без посторонней помощи я места не вижу. Но крайне важное — эта система просто не способна генерить интерес на новшества. Для чего это ей? Ведь система государственных закупок может активизировать все, все все что угодно, кроме инноваций, если она не подкреплена четкой политикой по выстраиванию технологических коридоров. Технологическими же коридорами в рамках этой системы становятся компании за внедрение энергосберегающих лампочек.

— плюс ко всему наши лампы оказываются дороже китайских.

— да, наши дороже китайских, причем пока остается под вопросом, как их перерабатывать. И так дальше, и так дальше.

Но других попыток выстраивать технологичные коридоры…

— ну, почему? А система ГЛОНАСС?

— да, система ГЛОНАСС, да еще переход на ЕВРО-4 с одновременным шагом назад и разрешением ЕВРО-2.

Думаю, обещания, а еще искренняя вера современного премьера в то, что он может этим помочь бизнесу в рамках сложившейся системы мотивации, ни к чему, кроме усиления коррупции (если только она может усилиться еще), не приведут.

— как-то вы, александр юльевич, не очень оптимистичны.

— да, так как оптимизм и пессимизм — такое свойство человеческой организации. А когда мы заместь профессионалов рассуждаем, мы исходим из каких-то фактов и их оценки. За счёт этого нам менее всего следует обращать внимание на некие моральные формулировки типа: это виртуозно, это плохо, это оптимистично, это пессимистично. Мы обязаны смотреть, какие сценарии могут реализоваться.

В реальности, поскольку это — предновогодняя беседа, прибавить можно и немного оптимизма. Все те события, которые происходят сегодня у нас в политике, конечно, представляют конкретную надежду на то, что может изменяться расстановка сил. Как правило — в государственной бюрократии. Она может остановить быть монолитной. И и тогда выступит некоторая ее часть, в силу разных причин более, необходимо заявить так, способная прислушиваться и воспринимать потребности небольшого сегмента «газелей» российского бизнеса — фирм, ориентированных на рост и развитие. Видимо, эта часть государственного аппарата должна будет предпринять некоторые изменения конструкции.

За этим могут последовать изменения в философии экономной политики, возможно, отказ от тех мер, которые я уже назвал и которые являются подкармливанием коррупции и никаких других результатов не приносят. Тогда возможен и переход к остальным мерам, например, к поддержке саморегулируемых организаций и передаче им очень широких назначений в области экспертизы, в области мониторинга, в области внесения самого разнообразного рода возражений и предположений при выработке более адекватного содействия появлению и реставрации структур российской экономики.

Я включил бы сюда и те, существующие у нас вместо зародышей формы деятельности, как бизнес-ангелы, венчурный бизнес. Эти категории агентов перемен получат доступ к «длинным» деньгам. Еще к ним получат доступ сберегательные ассоциации, которые имели бы возможность запустить строительство в действительности дешевого массового жилья.

Вот в таком варианте может появиться и огромный интерес на рост в общем ряде секторов российской экономики. Они и дадут рабочие места, и будут заинтересованы в освоении более экономичных технологий.

интервью

Говорил владимир володин


Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.